14 лет со дня гибели армавирского спецназа

391

10 сентября – очередная годовщина гибели «армавирского спецназа». Николай Николаевич Власов был первым из родителей, кто обратился в Фонд «Право Матери» за юридической помощью в связи с гибелью в сентябре в 1999 года в Дагестане своего сына, 19-летнего бойца армавирского спецназа Станислава Власова.

Бойцы в/ч 6761 (15-й отряд специального назначения СКО ВВ МВД РФ, известный как “армавирский спецназ”), среди которых был Станислав Власов, в начале сентября 1999 года были направлены в Дагестан, их часть вошла в состав объединенной группировки войск на Северном Кавказе, командующим которой являлся генерал-полковник Казанцев В.Г., должность заместителя по внутренним войскам занимал генерал-майор Черкашенко Н.А. 8 сентября 1999 года Казанцев отдал Черкашенко приказ разработать план операции по захвату господствующей высоты 715,3 силами отряда “армавирского спецназа”, 9 сентября 1999 года Черкашенко представил разработанный план на утверждение Казанцеву, поясняя, что все отданные распоряжения выполнены. При этом Черкашенко знал, что аккумуляторы средств связи бойцов заряжены не полностью, а закрытых средств связи у отряда нет. 10 сентября отряд в соответствии с планом занял высоту и начал вести бой с превосходящими силами противника, неся при этом потери. Командир отряда майор Юрий Яшин доложил обстановку. Генерал Черкашенко в ответ приказал майору Яшину оставить высоту и отходить. «Тем самым генерал Черкашенко в нарушение Боевого Устава Сухопутных войск и Наставления по службе оперативных штабов, не владея в полном объеме сложившейся на высоте ситуацией, ложно понимая крайнюю необходимость, изменил порядок проведения всей операции». Организации нужен на работу водитель легкового авто с личным автомобилем либо авто организации

При отходе с высоты отряд разделился на две группы, и тут недозаряженные аккумуляторы средств связи у спецназовцев “сели”, связь с отрядом была полностью потеряна. Таким образом, спецназовцы не могли сообщить, что при отходе с высоты их отряд встретил ожесточенное сопротивление боевиков и залег на склонах высоты, ожидая благоприятного момента для выхода из окружения. Генерал же Черкашенко предположил, что по расчетному времени отряд уже вышел к подножию высоты. Попытками проверить это себя никто не затруднил. Согласно “плану” по склонам, на которых залегли спецназовцы, стали наноситься ракетно-бомбовые удары российской штурмовой авиации… В результате 9 спецназовцев погибло на склонах высоты, 23 человека получили контузии. Это официальная версия, основанная на имеющихся документах и материалах.

Иные версии истории гибели армавирского спецназа можно прочитать в публикациях тех лет, например, в газете «Аргументы и факты» от 22 сентября 1999 года была опубликована статья Сергея Горбачева «Ужасная гибель армавирского спецназа». Корреспондент взял интервью у раненного командира отряда Юрия Яшина в Махачкалинском аэропорту, в статье рассказывается, что средства связи у спецназовцев работали, более того, штаб запрашивал у них точные координаты, после чего по этим уточненным координатам била своя «вертушка»: «Мы уже уходили, а он (Яшин) продолжал твердить: «Нас предали… Нас предали… Нас предали». Пока не потерял сознание».

По мнению Николая Николаевича Власова, эта трагедия стала возможной из-за бездарных действий командования в/ч N 6761 МВД, буквально подставившего людей под удар авиации российского Министерства Обороны. Черкашенко, разработавший план той бездарной боевой операции, был признан виновным по ст. 293 УК РФ (халатность). Попал под амнистию, объявленную Государственной Думой, к 55-летию Великой Победы, и в связи с этим не понес реального наказания. 27 февраля 2002 года Фонд «Право Матери» выиграл поданный от имени Николая Николаевича Власова иск о компенсации морального вреда, нанесенного гибелью сына, на сумму 500 тысяч рублей (в 2002 году это была самая большая сумма, присужденная российским судом за гибель человека в армии). Николай Николаевич на эти деньги купил инвалидные коляски для безногих инвалидов чеченской войны… В память о Станиславе Власове Фонд «Право Матери» создал его страничку в социальной сети «Одноклассники». Заглянув туда, можно узнать, что Станислав был добрым и открытым человеком, очень любил животных. У него было много друзей, а своим лучшим другом он считал отца, который вырастил и воспитал его. Как-то Станислав надписал для Николая Николаевича свою армейскую фотографию: «Любимому батяне, лучшему другу, просто отличному пацану. От сынищи».

Следующим из «армавирских дел» для Фонда «Право Матери» стал процесс в интересах мамы погибшего бойца армавирского спецназа Александра Слесаренко, Надежды Ивановны Бушмановой. Ее дело слушалось в Басманном районном суде г. Москвы, за процессом следило множество журналистов, в том числе про это дело писала корреспондент «Новой газеты» Анна Степановна Политковская («Новая газета», 11 декабря 2003 г. «Солдат Слесаренко, погибший за генерала» и «Новая газета», 22 января 2004 года «За любимчика президента заплатит бюджет. То есть мы»). Для Надежды Ивановны гибель сына стала страшнейшим нервным потрясением, в результате у нее развилось редкое заболевание – тотальная аллопеция. Клоками вылезли не только ее прежде прекрасные темно-русые кудри, но и ресницы и брови. У нее остался младший сын Женя, которого нужно было поднимать, и она не могла позволить себя оформить нерабочую группу инвалидности, которую ей давали врачи… Младший сын Надежды Ивановны тоже серьезно переживал потерю брата, на какое-то время у него пропал интерес ко всему, он пропустил год учебы… 14 января 2004 года Басманный суд удовлетворил иск, поданный от имени Надежды Бушмановой, хотя Москва и оказалась скупее Йошкар-Олы.

Затем Фонд «Право Матери» судился в интересах мамы третьего бойца армавирского спецназа Антона Тихона, Татьяны Владимировны Тихон, вот ее слова: «До сих пор не укладывается в голове, что “свои” нанесли авиационные удары по своим же ребятам. Каждый день я корю себя, почему не смогла уберечь сына. Я сама хотела уйти из жизни. Как-то вечером я ушла на кладбище, наплакалась и уснула. Это было зимой под новый 2002 год, а потом кто-то меня взял за руку и встряхнул, я очнулась – никого нет. Я поняла, что это был сын, он не захотел моей смерти. Тогда я стала просить его, чтобы он вернулся ко мне снова, я не смогу без него, а через некоторое время мне приснился сон, что Антоша в госпитале стоит на костылях (ему в бою оторвало ступню, отчего он и умер – истек кровью, ему не могли или не хотели вовремя помочь, смертельных ран у него не было и он пять суток лежал и ждал помощи без воды, без еды, просто умирал, а когда его нашли, он увидел своих мальчишек, улыбнулся и умер – не хватило сил! Это мне рассказали в части.). Тогда во сне мне сын сказал: “Мама, не переживай за меня, у меня все хорошо!” Мне стало немного легче, смерти я уже не искала… Но рана очень глубокая и она все время кровоточит, это будет со мной до конца моих дней…» (см. пресс-релиз Фонда «Право Матери» N 07/1150 от 15 января 2009 года). 15 января 2009 года Ханты-Мансийский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры удовлетворил исковые требования Фонда «Право Матери», заявленные в интересах Татьяны Владимировны Тихон на сумму 1 миллион рублей (в 2009 году это была самая большая сумма, взысканная в РФ за гибель человека в армии).

…Сегодня тема чеченской войны является непопулярной темой, несмотря на то, что люди, которых она напрямую коснулась, еще живы – ребята, прошедшие Чечню, и родители солдат, погибших на этой войне. Наше общество старается жить так, будто не было ни Чечни-1, ни Чечни-2. Гораздо большей популярностью пользуется тема «незаслуженно забытой Первой мировой войны». Две Чеченские войны принесли страдания огромному числу людей, перед которыми государство в неоплатном долгу, отдавать который оно в «добровольном порядке», без судов, не спешит…

Когда мы просим Вас сделать благотворительное пожертвование «на уставную деятельность Фонда» — мы просим у Вас возможности приехать в суд к каждому, кто не готов прощать государству смерть своего ребенка.

Записавшись в сторонники  Фонда, каждый человек может регулярно вносить свой персональный вклад – 500 или 1000 рублей) в дело помощи семьям погибших военнослужащих. Совместные усилия частных жертвователей Фонда «Право Матери» способны защитить конкретных людей, потерявших своих близких в армии.

Узнать, как сделать пожертвование, Вы можете на сайте фонда: http://mright.hro.org/help

Фонд «Право Матери»

Комментарии

Будьте первым, кто оставит комментарий